Автор - gigihad7
Ответ:
В повести «Бэла» Печорин предстает безжалостным и черствым человеком. Он похищает Бэлу, не задумываясь о том, что вырывает ее из родного дома. Такой поступок может быть оправдан лишь сильной любовью, но Печорин не испытывает ее. Он говорит Максиму Максимычу: «Любовь дикарки немногим лучше любви знатной барыни... мне с нею скучно». Герою безразличны чувства других. Бэла, Казбич, Азамат живут в гармонии со средой, чего не хватает Печорину. Если судить о Печорине по повести «Бэла», то это чудовище, которое, не задумываясь, жертвует и князем, и Азаматом, и Казбичем, и самой Бэлой. Но Лермонтов заставляет читателя посмотреть на героя с другой стороны, его собственными глазами. И если в повести «Бэла» повествование ведется от имени Максима Максимыча, то в «Тамани» оно переходит к самому Печорину. Именно в этой новелле появляется полный и четкий психологический портрет героя. Печорина необыкновенно влечет та свобода, которую олицетворяют Янко, «ундина», слепой мальчик. Они живут в единстве со стихией, с морем, но вне закона. И Печорин позволяет себе из любопытства вмешаться в жизнь «честных контрабандистов», заставляет их бежать, бросив дом и слепого мальчика. Печорин чужой и в этом мире. Он нигде не может найти себе пристанища.
Основное раскрытие характера Печорина происходит в повести «Княжна Мери». Рассказ о событиях ведет сам герой — это его исповедь. Здесь мы видим не простое повествование, а анализ поступков, совершаемых героем. Печорин вмешивается в роман Грушницкого и Мери, разрушает его, убивает Грушницкого на дуэли, разбивает сердце Мери, нарушает наладившуюся жизнь Веры. Он пишет о притягательности «обладания душой» другого человека, но не задумывается над тем, есть ли у него право на это обладание. Печорин одинок в этом обществе, и после отъезда Веры и объяснения с Мери его уже ничто не связывает с людьми этого круга. «Насыщенная гордость» — так определено им человеческое счастье. Страдания и радости других он воспринимает «только в отношении к себе» как пищу, поддерживающую его душевные силы. Ради капризной прихоти, без долгих раздумий, он вырвал Бэлу из родной почвы и погубил. Им кровно обижен Максим Максимыч. Ради пустого любопытства разорил он гнездо «честных контрабандистов», нарушил семейный покой Веры, грубо оскорбил любовь и достоинство Мери. Роман заканчивается главой «Фаталист». В ней Печорин размышляет о вере и безверии. Человек, утратив Бога, утратил главное — моральные ориентиры, систему нравственных ценностей, идею духовного равенства. Победив в схватке с убийцей, Печорин впервые проявляет свою способность действовать для общего блага. Таким итогом автор утверждает возможность осмысленной деятельности. Еще один нравственный закон: уважение к миру, к людям начинается с самоуважения. Человек, унижающий других, не уважает самого себя. Торжествуя над слабым, он ощущает себя сильным. Печорин, по оценке Добролюбова, не зная, куда идти и девать свои силы, истощает жар своей души на мелкие страсти и ничтожные дела. «Зло порождает зло; первое страдание дает понятие об удовольствии мучить другого», — рассуждает он. «Я иногда сам себя презираю... Не оттого ли я презираю и других?» Печорин постоянно ощущает свою нравственную ущербность, он «сделался нравственным калекой». Он говорит о том, что «его душа испорчена светом», разорвана на две половины, лучшая из которых «высохла, испарилась, умерла, тогда как другая жива к услугам каждого».
«Дневник Печорина» — это исповедь главного героя. На его страницах Печорин говорит обо всем по-настоящему искренне, но он полон пессимизма, так как развитые обществом пороки и скука толкают его на странные поступки, а природные задатки его души остаются невостребованными, не находят себе применения в жизни, поэтому в характере героя существует двойственность. По собственному признанию Печорина, в нем живут два человека: один совершает поступки, а другой — смотрит со стороны и судит его.
Трагизм героя в том, что он не видит причин своей душевной неполноценности и обвиняет мир, людей и время в своем духовном рабстве. Дорожа своей свободой, он говорит: «Я готов на все жертвы, кроме этой; двадцать раз жизнь свою, даже честь поставлю на карту... Но свободы моей не продам». Но истинной свободы — свободы духовной — он не знает. Он ищет ее в одиночестве, в бесконечных скитаниях, в перемене мест, то есть лишь во внешних признаках. Но везде оказывается лишним.