Автор - Nurtik2006
Ответ:
Константин Паустовский на отдыхе в Тарусе. Фото: Александр Лесс / ТАСС
Константин Георгиевич Паустовский — один из главных лириков в советской литературе. Автор разнообразных по тематике рассказов и повестей интересен не только своими наблюдениями за жизнью людей и природой, но и размышлениями о природе вдохновения и писательского труда.
А еще он достойнейший гражданин. Журналист Валерий Дружбинский, работавший у Паустовского литературным секретарем в 1965–1968 годах, в своих воспоминаниях о писателе («Паустовский, каким я его помню») написал: «Удивительно, но Паустовский ухитрился прожить время безумного восхваления Сталина и ни слова не написать о вожде всех времен и народов. Ухитрился не вступить в партию, не подписать ни единого письма или обращения, клеймящего кого-нибудь. Он изо всех сил пытался остаться и поэтому остался самим собой».
— Константин Георгиевич, что такое для вас вдохновение, постоянно ли оно необходимо в вашем творчестве?
— Вдохновение — это строгое рабочее состояние человека. Оно же — как первая любовь, когда сердце громко стучит в предчувствии удивительных встреч, невообразимо прекрасных глаз, улыбок и недомолвок. Каждый человек хотя бы и несколько раз за свою жизнь, но пережил состояние вдохновения — душевного подъема, свежести, живого восприятия действительности, полноты мысли и сознания своей творческой силы. Вдохновение входит в нас, как сияющее летнее утро, только что сбросившее туманы тихой ночи, забрызганное росой, с зарослями влажной листвы. Оно осторожно дышит нам в лицо своей целебной прохладой.
— Так может сказать только человек, до глубины души влюбленный в природу.
— Природа будет действовать на нас со всей своей силой только тогда, когда мы внесем в ощущение ее свое человеческое начало, когда наше душевное состояние, наша любовь, наша радость или печаль придут в полное соответствие с природой и нельзя уже будет отделить свежесть утра от света любимых глаз и мерный шум леса от размышлений о прожитой жизни. Мы до сих пор упорно пренебрегаем красотой природы и не знаем всей силы ее культурного и морального воздействия на человека.