Плюшкин: 120 крестьян умерли с тех пор, такие убытки!

Чичиков: вздохнул и сказал, что соболезнует.

Плюшкин: Да ведь соболезнование ваше в карман не положишь.

Чичиков: заявил, что соболезнование он готов доказать делом и изъявил готовность принять на себя обязанности платить налоги за всех умерших крестьян.

Плюшкин: (вытаращив глаза) Да ведь как же? Ведь это вам самим-то в убыток!

Чичиков: Для удовольствия вашего готов на убыток.

Плюшкин: Ах, батюшка, ах, благодетель мой! Вот утешили старика!.. Как же, с позволения вашего, чтобы не рассердить вас, вы за всякий год беретесь платить за них подать? и деньги будете выдавать мне или в казну?

Чичиков: Да мы вот как сделаем: мы совершим на них купчую, как будто они еще живые и как бы вы мне их продали.

Вопросы:

Определите, к чему (к чувству, к выгоде, к воле, к «палке») апеллирует Чичиков в разговоре с Плюшкиным?
Почему жадного Плюшкина оказалось обмануть легче, чем добродушного Манилова, азартного Ноздрева, грубого Собакевича?
к какому жанру вы отнесете этот вид диалога? Ответ обоснуйте